Трилогия "Котики и смерть", часть 2

[hatul_madan_33]

СТОРОЖЕВОЙ КОТ НОРАХ ТРИНАДЦАТЫЙ

Шагнула из приоткрытой двери прямо в центр летнего луга, в густую, сочную, зелёную траву, в разноцветье клевера, маков и васильков, в мелькание стрекоз и гудение шмелей.
Обхватила себя руками, задохнулась от счастья - впервые за столько лет ничего не болело. Нигде. Да и что может болеть в таком новеньком, в таком лёгком и упругом девичьем теле?
Так не бывает, сказала сама себе. Это сон. И от этой мысли хотела безо всякого перехода заплакать, но почему-то не заплакала.
Ну да. Ну, сон. И что? Уж точно лучший из всех снов моей долгой жизни - слишком долгой, если честно. Такая единовременная компенсация за все бессонницы. За просыпания от чёрного, невыразимого, невыносимого ужаса. И наоборот - за беспробудные кошмары, которые крутит с полуночи до рассвета спрятанный за ширмой психологический садист (ох и повезло гаду, что успел спрятаться...)
Так что в любом случае берём. А там, глядишь, везение продолжится. Не сработает будильник в чужой и бесконечно далёкой пародии на мир. Соседи отложат евроремонт с применением азиатских орудий пытки. Шофёр утреннего мусоровоза уйдёт в запой. Крошечные осколки разбитой вдребезги удачи сложатся в сверкающий паззлик - и сон продлится ещё чуть-чуть. И ещё чуть-чуть. И ещё.
Идеально, конечно же, было бы вообще не просыпаться. Так и остаться в этом замечательном сне. Так и жить здесь, вечно юной, здоровой, беззаботной. Кому-то это уже удавалось, ведь правда? Я точно где-то читала подобную историю. Или нет, не читала, а слышала, и не одну, а сразу несколько. Или...
Вот ведь дура клиническая, одёрнула сама себя. Тратишь драгоценные минутки, вместо того чтобы наслаждаться идеальным "здесь-и-сейчас".
Отбросила последние обрывки надоедливых мыслей. С наслаждением вдохнула сладкий тягучий воздух. Огляделась вокруг.

Над ней было высокое, голубое, солнечное небо, абсолютно непредставимое в их широтах, тем более в это время года. Далеко-далеко, почти там, где оно встречалось с землёй, раскинулся на холме прекрасный город. Она едва различала его черты, но была твёрдо уверена, что когда-то в далёком детстве жила там со всей своей семьёй, а потом пошла гулять, заблудилась, и с тех пор всю жизнь только и делает, что пытается найти дорогу домой.
- Добро пожаловать домой, дитя моё, - услышала она чей-то голос.
Вздрогнув от неожиданности, отвела взгляд от горизонта и лишь теперь увидела, что город отделён от луга речкой, неширокой, но быстрой, полной весёлых солнечных зайчиков. Голос же принадлежал седому старику, сидящему в лодке недалеко от берега. Большая белая борода и красный кафтан делали его похожим на Санта-Клауса, а в тёплых лучистых глазах то ли солнце отражалось, то ли они сами по себе так сияли - попробуй разбери!
- Добро пожаловать домой, - повторил старик.
- Кто вы, дедушка? И откуда меня знаете? - растерянно пролепетала она.
- Я соединяю тех, кого разлучила судьба. Седой паромщик - так, кажется, зовут меня в вашей песне? Однако сейчас не время для пустых разговоров. Твои папа и мама давно тебя заждались.
- Папа... и... мама?
- Именно. Когда-то они потеряли тебя на этом самом месте, и с тех пор каждый день посылали меня сюда в надежде, что когда-нибудь ты вернёшься. И вот ты здесь.
Она не верила своим ушам. Её родители живы, они ждут её на другом берегу! И она совсем скоро, вот прямо сейчас, их увидит!
Не помня себя от счастья, она шагнула к воде.

"Минуточку!" - крикнул вдруг кто-то противным мяукающим голосом, и из травы вылез большой потрёпанный кот. Хотя она всегда любила кошек, этот экземпляр вызывал почему-то омерзение и желание наподдать ногой под линялое брюхо.
- Эй, так нечестно! - непонятно почему возмутился кот, обращаясь к лодочнику. Старик только усмехнулся.
- Моя госпожа, ни в коем случае не садитесь в лодку! Вам туда не надо! - теперь кот обращался уже к ней.
- Вот ещё! - фыркнула она. - Буду я слушать всяких четвероногих. И откуда ты только взялся на мою голову?
- Позвольте представиться - сторожевой кот Норах Тринадцатый (на редкость дурацкое имя, с раздражением подумала она). - Полная противоположность вот этому... - он злобно покосился на старика.
- Самокритично, блохастый, - оскалился лодочник. И снова ей, мягко, но настойчиво: - Нас ждут, поспешим же.

В другое время и в другом месте её бы обязательно насторожила его суетливая назойливость, типичная для сетевых торговцев и строителей финансовых пирамид. "Что изменят пять минут для тех, кто ждал годами?" - так бы спросила она.
Да, она обязательно бы сделала так и ещё как-нибудь по-умному - но только не здесь и не сейчас. Потому что она и сама больше не могла ждать.
Грубо отпихнув кота, вставшего на пути между ней и рекой, она подбежала к воде и уже готова была сесть в лодку - но кот настиг её огромным прыжком и с отчаянным воплем вцепился зубами и когтями в её голую ногу, занесённую над бортом лодки. Визжа скорее от обиды и неожиданности, чем от боли, она затрясла ногой, пытаясь стряхнуть мерзавца... и растворилась в воздухе.

* * *

- Тебе всё хуже удаются твои трюки, - сказал старик.
Местность вокруг них изменилась сразу после исчезновения девушки. На сухой безжизненной равнине под низким свинцовым небом мёртвый ветер едва шевелил ошмётки бурой прошлогодней травы. Вода в реке стала бездонно-чёрной и ещё менее совместимой с жизнью, чем равнина. Противоположный берег реки терялся в густом ядовито-жёлтом тумане.
Старик тоже утратил сходство с Санта-Клаусом. Теперь он напоминал известного наездника, любителя лошадей мышастой масти. Лишь глаза всё так же горели из-под чёрного капюшона, но не было в их свете ни любви, ни тепла.
- Да неужели? - огрызнулся кот. Он один остался прежним, явно выбиваясь из общего визуального ряда.
- Смотри сам. Три попытки назад ты как-то смог уболтать её вернуться в дверь, из которой она вышла. В позапрошлый раз на неё подействовал твой мухлёж с именами - кстати, ты не считаешь, что это против правил, а?
- Протестую, - обиженно мяукнул кот. - Бог не фраер, шельму метит.
- Возможно, ты и прав, хотя чем дальше, тем трудней в это поверить. Потому что в прошлый раз ты прикинулся маленьким беззащитным котёнком. Давил ей на железу, ответственную за розовые сопли. Бедная киса, глупая киса! Киса боится дядю, киса не хочет к дяде в лодку!
- Чья бы корова мычала, - вздыбил шерсть кот. - Я только чуточку поигрался с настройками возраста, и всё. А ты? Ты можешь мне показать хоть одного человека, который не обосрётся, увидев тебя без макияжа?
- ...И, наконец, сегодняшний балаган, - продолжал старик, не слушая кота. - Она уже ногу занесла, чтобы сесть в мою лодку, - и что ты делаешь? Ты применяешь к ней грубую физическую силу! Ты играешь на грани фола! А завтра ты проиграешь, потому что не сможешь придумать даже такого убогого варианта. Ты исчерпался, хвостатый!
- Даже не надейся, - самоуверенно заявил кот. - Во-первых, по правилам нашей Игры тебе тоже всякий раз приходится выдумывать что-то новенькое. А во-вторых и в-главных - у меня есть как минимум восемнадцать часов на размышление. И вообще, пора бы уже запомнить, старый ты пень: для твоей победы нужна моя капитуляция. А её не будет!

- Слушай, а может, хватит? - вдруг спросил старик тоном, каким первоклассник просит хулигана: "Дяденька, отдайте мне денежку, пожалуйста, меня мамка заругает!" - За что ты борешься, глупое создание? Ради чего и ради кого? Ты же знаешь: ей плохо, ей больно, она устала ТАМ. А на другом берегу, куда я её по разнарядке давным-давно должен был отвезти, она будет счастлива. Ты не смотри на меня, - добавил он поспешно, - процесс и результат в данном случае - две большие разницы.
- Да знаю я, - отмахнулся кот. - Знаю и признаю, что мой так называемый "разумный эгоизм" давно уже перешёл в безумный. И что ТАМ все мы живём, как черви слепые живут. То есть не черви, а гусеницы. И что на другом берегу мы будем летать бабочками - тоже знаю. И про стадию куколки помню. И даже понимаю, что ты у нас - не палач и не маньяк-убийца, а добрый дядя кукловод, вернее, кукловоз.
- И тем не менее... - начал старик.
- И тем не менее, - эхом отозвался кот.
Помолчали.
- А давай ты убьёшь двух зайцев одним рейсом, - предложил кот.
- Не выйдет, - вздохнул старик. - Я не дед Мазай, зайцев не вожу. А на тебя пока запроса не поступало.
- Ну тогда увидимся.
Старик молча отвернулся и отчалил от берега, но вдруг остановился и посмотрел на кота так, словно видел его впервые в жизни.
- Знаешь, кот, таких, как ты, ничтожно мало по сравнению с теми, кто наполняет эту реку своими рыданиями. И это даже неплохо, иначе бы я мог остаться без работы. Но если бы вас совсем не было, то и на другом берегу, возможно, были бы не цветущие луга и порхающие бабочки. А, например, плач и скрежет зубовный. Никогда не задумывался об этом?
- Не вижу смысла, - парировал кот, - река и так полноводна.
Старик вновь взялся за весло и скоро исчез в тумане. Кот, сидя на берегу, глядел ему вслед.

* * *

Выброшенная из цветного волшебного сна в чёрную душную ночь, чуть не умерла в ту же секунду, раздавленная собственной тяжестью, болью и беспомощностью. Сильнее всего болела нога, укушенная во сне. Видимо, она и разбудила. Но и рука болела, и спина, - в общем, все части ненавистного тела, которые обычно мешали спать и жить. А ещё бешено колотилось сердце и отчаянно не хватало воздуха. Очередной приступ, чтоб его...
Кое-как соскребла себя с кровати, дотащилась до кухни, выпила таблетку.
Подумала: "Если бы не проснулась, точно бы умерла".
Подумала: "Пожалуй, так было бы лучше".
Подумала: "Господи, ну почему я до сих пор существую?"
Ответ на этот вопрос нашёлся совсем рядом, на старом кухонном диванчике. Наглый, царапучий, неласковый, а вот поди ж ты - всё равно жалко: как он тут будет один? Кто накормит, кто лоток почистит? Кто, в конце концов, выпустит из квартиры-саркофага?
Плюхнулась рядом - кот и ухом не повёл.
Пожаловалась в неподвижное ухо:
- Нет, вы только поглядите на него! Хозяйка помирает, а единственный друг даже не мявкнул ради приличия, я уж не говорю про врождённые целительские таланты! Зато дрянь всякую в дом на шерсти притащить - это да, это мы умеем! А ну отвечай, разбойник, ты на каком сеновале валялся?
Кот спал, и в его полуоткрытых глазах отражалось чужое, низкое, свинцовое небо.

Часть 1   Часть 3